ЧАСТЬ 6

НА РОДИНЕ

По И. Бунину


Золотые пляжи Ниццы,
Купол неба яркосиний;
Мне под этим небом снится
Полунищая Россия.

И поныне не померкли
В памяти моей печальной
Купола убогой церкви,
Колокольный звон прощальный.

За церквушкой - речка, мостик
И кресты, кресты в печали;
Там, на стареньком погосте,
Мы свиданье назначали.

Шевелил рябину ветер
Над заброшенной могилой,
Позабыв про все на свете,
Целовался я с любимой.

Что-то в непонятной муке
Порывался ей сказать я,
И так сладко ныли руки
В сумасшедших тех объятьях.

Были мы смешны и милы,
И пьянели без вина,
И таинственно светила
Над могилами луна.

И таким же дивным светом
Грел мне душу тихий взгляд...
Боже мой!
Случилось это
Много-много лет назад.

И теперь, под небом Ниццы,
Я забыть тот взгляд не в силах,
И в прибое моря мнится
Шелест веток на могилах...

2002


Читатель мой,
Мой беспощадный критик!

Оставим споры давние свои,
Поговорим с тобой о Маргарите,
О неземной таинственной любви.

Все суетное в этот час отринем,
Былую веру в сердце возродим,
О двух колдуньях - Анне и Марине,
Благословясь, с тобой поговорим.

Перелистаем прошлого страницы,
Со школьных лет все-все разворошим,
Чтоб засияли дорогие лица
Во глубине воспрянувшей души.

Чтоб вспомнился и шепот сокровенный,
И тополь под задумчивой луной...
Читатель мой,
Мой спутник неизменный!
Поговори, пожалуйста, со мной...


2000, 2002


ЭМИГРАНТ

Русский он по сердцу, русский по уму,
Если я с ним встречусь, я его пойму.
Г. Иванов

Я десять лет почти в Париже:
Уже и проседь на висках,
А сердце неотступно лижет
Холодная, как лед, тоска.

По шумным улицам над Сеной,
В вечернем праздничном дыму
Брожу я, как статист за сценой,
Давно не нужный никому.

Ни уличных кокоток шашни,
Ни город в блестках и огнях,
Ни даже Эйфелева башня
Ничуть не трогают меня.

Но лишь дохнет бульваром ветер,
Зашепчут тихо тополя,
Я вспомню снова, что на свете
Есть где-то русская земля.

Как светлый сон, как быль и небыль,
Я вспомню чайку над Невой,
Скупое питерское небо,
Пустынный переулок твой.

И дом за стареньким забором,
И молодой пушистый снег,
И ты с усталым грустным взором -
Мой самый близкий человек.

Вот-вот взбегу я на крыльцо,
Ворвусь с надеждой и волненьем,
Прильну пылающим лицом
К твоим рукам, к твоим коленям...

Но тает сон мой сокровенный
В парижском суетном дыму,
И я брожу, брожу над Сеной,
Изгой, не нужный никому...

2000, 2002


ПРЕКРАСНАЯ ДОННА

                            Внучке Алисе

Прекрасная донна!
Я верный ваш рыцарь;
Удел мой - скитанья и цокот подков;
За вас я готов с кем угодно сразиться,
В бою умереть каждый миг я готов!..

За далью туманною скрылась Ла-Манча,
Встречают сурово чужие края,
Но острый мой меч,
Но мой преданный Санчо,
Но ваша улыбка - опора моя.

Смету я тиранов, снесу я кордоны,
Восславлю любви и свободы зарю,
И именем вашим, прекрасная донна,
Поверженным рыцарям жизнь подарю.

И смерть на чужбине средь грохота битвы
Приму как высоких небес благодать,
И все мои помыслы, слезы, молитвы,
Чтоб все на Земле повторилось опять.

Костры и дороги, дожди и зарницы,
И пылкая клятва под цокот подков:
Прекрасная донна!
Я верный ваш рыцарь;
За вас умереть каждый миг я готов!..

2001, 2003



СМЯТЕНИЕ

Над сонной Истрой шепот мая,
И буйный майский соловей
Буквально душу вынимает
Руладой звонкою своей.

Всю ночь неистово рокочет,
На тысячи ладов свистит;
Весь мир заворожить он хочет
И всех и вся с ума свести.

Порывы беззаветной страсти
Вскипают раз за разом в нем,
И мы в чудесной той напасти
Куда-то по лесу бредем.

И что нам смерти неизбежность,
Что бытия извечный страх,
Когда вовсю пылает нежность
В сияющих во мгле глазах,

Когда над сонною рекою
Всю ночь бушуют соловьи,
Когда нигде нам нет покоя,
И рвется сердце от любви!..

2001, 2003


СТАРИННЫЙ РОМАНС

Смолкли гитары дрожащие звуки,
И показалось в лесной тишине,
Будто горячие тонкие руки
Из темноты протянулись ко мне.

Будто бы щедрые эти ладони
Вновь отдают неуемный свой жар,
Будто живой и тревожный огонь их
Сердцу напомнил угасший пожар.

В тайном волнении горло сдавило,
Снова мне слышится голос родной;
Боже мой правый!
Когда это было?
Было ли это когда-то со мной?

Рощи осиновой шелест и ропот,
Ночи осенней манящая жуть,
Тихие звезды и сбивчивый шепот,
Что и теперь не дает мне уснуть.

2001

ЕЩЕ РАЗ О ЛЮБВИ

                                А. Родионову


На солнечных Гавайях где-то
Под рокот волн и звон гитар
Поют восторженно поэты
О прелести любовных чар.

И все балдеют, всем по нраву,
Комфортно так гавайцам всем,
И мне обидно за державу,
Что все у нас не так совсем.

У нас все буднично и просто,
Без поэтических затей:
Есть жизнь -
И есть в ней перекресток
Двух чьих-то жизненных путей...

На том коротком перекрестке
Случается такое вдруг,
Что все стихи - лишь отголоски
Нежданных окаянных мук.

Несут потом два человека
Печаль и смуту сквозь года,
И никакой великий лекарь
Им не поможет никогда.

И даже время не залечит,
Лишь пылкий майский соловей
О страсти вечной прощебечет
Подруге ласковой своей...

1999, 2002

ЛОСИНЫЙ ОСТРОВ
Стихи о Москве и Подмосковье



ПЕРВЫЙ ГРАЧ

                        О. В. Орлову

Воскресенье...
Мне поспать бы,
Но дела мои - табак!
Во дворе кошачьи свадьбы
И разборки меж собак.

А сегодня еще краше:
Не дает житья, хоть плачь,
Прямо под балконом нашим
Неуемный черный грач.

Грач залетный, самый первый,
Не уснуть с таким грачом:
Мои охи, мои нервы
Хулигану нипочем.

Что ему Боос и Сорос,
Что налоги и казна?
Он горланит во весь голос,
Что вот-вот придет весна,

Что в Москву сквозь дождь и вьюгу
Мчатся стаи напролом,
Что летит к нему подруга
С теплым шелковым крылом,

Что от Сочи до Плющихи
Ей - везде зеленый свет,
И другой такой грачихи
В мире не было и нет!..

И кричит, кричит горластый
Птиц весенних депутат,
И шепчу я тихо - "Здравствуй,
Мой крылатый верный брат..."

1999

МАРТОВСКИЙ СОНЕТ

И снова март:
Рассвет морозный
Над полусонною Москвой;
Над телебашней полог звездный
Мерцает бледной синевой.

Мерцают алым блеском окна,
Развернутые на зарю,
И, в радостном порыве охнув,
Я в городскую даль смотрю.

Само приходит вдохновенье;
Рождается стихотворенье,
В немом восторге дышит грудь...

Но, Боже! - сколько еще муки,
Чтоб в неподатливые звуки
Хоть чуточку души вдохнуть?...

2003

НА НИКОЛИНОЙ ГОРЕ

                                Косте и Тане

С утра громаду низких туч
Пронзил горячий быстрый луч,
Чуть слышно скрипнула сосна,
И сердце екнуло - весна!..

А луч по соснам побежал,
На снежных ветках задрожал,
И дробью звонкою вокруг
Рассыпался капели стук...

На сучья чуть обсохших крон
Слетелись полчища ворон,
И загремел вороний грай,
Хоть уши ватой затыкай.

И снова синих дней разбег:
Дымящийся на склонах снег,
Веселый говорок ручья
И крик залетного грача...

А где-то в чаще -
Тишь и глушь,
Ни воронья, ни талых луж,
Висит меж елей полутьма
И веет холодом зима.

И почему-то тянет нас
Туда, на серебристый наст,
Где две глубокие лыжни
Бок о бок в тишине прошли...

1987, 2003

НА ЦЕРКОВНОЙ ГОРКЕ

                                А. Жигулину


Внезапно средь ночи раздвинулась мгла,
Попятились тучи за Лось,
И снова сияют вдали купола,
И небо над ними зажглось...

И кажется все первозданным вокруг:
И воздух, и запах земли,
И шорохи веток, и капельный стук,
И отзвуки грома вдали;

И грозной кометы мерцающий хвост,
Туманный расплывчатый след;
И тихие вспышки неведомых звезд -
Вселенной таинственный свет;

И мокрые вербы у древней стены,
И низкий дымок над травой,
И редкое чудо земной тишины,
И близкий рассвет над Москвой...

1989, 1999


УТРО В БЕЛЫХ СТОЛБАХ

                            Т. Каргановой


Уже порозовел восток,
В мансарде робких бликов дрожь,
И Чара тащит поводок:
Сидеть ей дома невтерпеж.

И вот, вдыхая дух хмельной,
Я зябко ежусь у ворот,
И здешний мир передо мной
Забытой сказкой предстает.

Притихший луг,
Трава по грудь,
Чуть слышно воздух шелестит,
Роса, рассыпавшись, как ртуть,
На замершей листве блестит.

За лесом ухают гудки,
Дымится за осокой пруд,
И белой дымки лоскутки
По лугу сонному плывут...

Для Чары луг - родимый дом,
Хлопот в том доме полон рот,
Вот и сейчас, вертя хвостом,
Собака чей-то след берет.

Мы с ней взбегаем на бугор,
А там, -
Как олимпийский бог! -
На солнце гордо распростер
Шипы-огни чертополох.

Кружит над ним осенний жук,
Прощальный слышится мотив,
И я невольно вдаль гляжу,
О чем-то давнем загрустив.

Стою, понурившись слегка,
В разгаре утра сам не свой,
И Чара слушает жука,
Водя лохматой головой...

Но чу!..
За дымкой что-то есть;
Собака замерла...
И вдруг,
Свирепо ощетиня шерсть,
Рванулась с лаем через луг...

1990, 1999

ЛЕШИЙ

                       Памяти П. Орлова


Опять над полосой прибрежной
Шуршит и кружит листопад,
Опять неистово и нежно
Осинник пламенем объят.

И беспокойный здешний леший
С рассвета бродит над рекой
И лист, до жилок покрасневший,
Швыряет щедрою рукой.

Наверно, леший тот бедовый
Войдя в осенний раж и пыл
Стал человеком грешным снова,
Каким он в прошлой жизни был.

И снова шум и трепет листьев,
И берег в розовом дыму,
И тихий плеск воды на Истре
Покоя не дают ему.

И он в тоске мятежной бродит
И звонкий лист ковром кладет,
Как будто душу он отводит,
Да все никак не отведет.

1990, 1998